Кони как оратор адвокат

Анатолий Федорович Кони как идеальный оратор XX века

В советский период А.Ф. Кони переиздает ряд мемуаров, объединенных в сборнике «На жизненном пути». Эти воспоминания, бесспорно, признаны лучшими образцами мемуаристики. Точность, краткость и емкость описания, как отмечали критики, поистине достойны Достоевского. Читатель его мемуаров получает не только информацию об исторических или юридических событиях, но и интеллектуальное удовольствие от приобщения к живому источнику слова. Творчество Кони подтверждает слова Ф. Ницше о том, что «хороший писатель может не быть хорошим оратором, но хороший оратор всегда — хороший писатель». Многие произведения уже упоминавшихся классиков русской литературы были написаны именно по материалам дел, в которых участвовал А.Ф. Кони. Например, роман Л.Н. Толстого «Воскресение», сюжет которого был взят из реального прецедента, существующего в практике Анатолия Федоровича.

Основная часть рукописного наследия великого оратора хранится в Институте русского языка и литературы, его книги переизданы в России и за рубежом, его речи цитируются как образцы судебных речей, его мемуары используются для объективного написания биографий многих известных личностей. Изучение его творчества продолжается, особенно актуальным становится оно сейчас, когда наш суд, как утверждают специалисты, приобретает многие черты судебной системы 1864-66 годов. И здесь незаменимыми пособиями будут книги Кони «Судебная реформа и суд присяжных», «О суде присяжных и о суде с сословными представителями», «Заключительные прения сторон в уголовном процессе».

2.1 Анализ судебной речи А.Ф. Кони «Об утоплении крестьянки Емельяновой ее мужем»

15 ноября на дне речки Ждановки был найден труп неизвестной женщины, в которой местные жители признали жену Емельянова, служащего номерным при банях купца Соловьева, расположенных недалеко от данной речки. По осмотру и вскрытию тела было выяснено, что смерть наступила от удушения вследствие утопления. В смерти Лукерьи Фроловой, жены Емельянова, было усмотрено самоубийство, последовавшее за приговором Емельянова к семидневному заключению за нанесение побоев студенту. Но повторное вскрытие тела Лукерьи показало наличие кровоподтеков на левом плече и бедре. Кроме того, жена Емельянова оказалось беременной. Ввиду обстоятельств и показаний свидетелей, крестьянин Егор Емельянов был предан суду по обвинению в умышленном лишении жизни своей жены, ее утоплении на берегу речки Ждановки.

В данном деле Анатолий Федорович Кони выступал в качестве обвинителя. Его обвинительная речь, состоящая из логических выводов и умозаключений, подкрепленная проверенными фактами, была прочитана им на слушании этого дела и повлекла за собой приговор, которым подсудимый был признан виновным в убийстве жены с заранее обдуманным намерением.

В своем вступлении автор говорит о том, что это дело не из самых легких, оно имеет много туманных неясных моментов, но этим только ценнее становится задача обнаружить истину.

Далее он последовательно и точно предоставляет судьям и присяжным все факты дела, раскрывая каждый максимально доступно и доказывая виновность подсудимого ясными и понятными выводами. Речь А.Ф.Кони имеет такой убедительный характер в связи с ее особенностями композиции. Она построена с помощью логических связок, последовательно соединяющих между собой отдельные факты дела. Исходя из показаний свидетелей, А.Ф.Кони рассуждает об их правдивости и компетентности, сопоставляет их. На этой основе он делает выводы, которые дополняет анализом психологических особенностей участников процесса. Этот анализ, проведенный Анатолием Федоровичем, базируется на событиях, предшествующих убийству Лукерьи, и он подкреплен логичной аргументацией, еще точнее описывающей психологическое состояние героев, повлекшее за собой несчастный случай. А.Ф. Кони в своих размышлениях сам развил и настолько ясно обосновал мотивы совершения преступления, что ничего нельзя было бы сказать защите в их опровержение. Помимо логики, фактов и тонкого психологического анализа, в тексте заранее присутствуют опровержения еще только предполагаемых возражений со стороны защиты. С помощью опять же логики, убедительных доводов, последовательных выводов, А.Ф. Кони изобличает факты, которые могли бы помочь подсудимому. В частности, утверждение Емельянова, что его жену утопила Аграфена Сурина, а не он. Сопоставляя факты и дополняя их психологическими моментами, А.Ф. Кони убедительно доказывает несостоятельность данного утверждения.

В заключение А.Ф. Кони напоминает о сложности данного дела, выражает полную уверенность в компетентности судей и в справедливости приговора, который они вынесут подсудимому, принимая во внимание все факты дела.

Специфика обвинительной речи Анатолия Федоровича состоит в том, что он не использует одних сухих фактов или только эмоционального давления на судей и присяжных заседателей. Как идеальный судебный оратор, Анатолий Федорович умело сочетает факты и возбуждает соответствующее чувство в сердцах присяжных заседателей. А.Ф. Кони сочетает в себе комплекс знаний и умений по подготовке и произнесению публичной судебной речи сообразно с требованиями закона, умение построить объективно аргументированное рассуждение, формирующее научно-правовые убеждения, умение воздействовать на правосознание людей. Задача судебного оратора в том, чтобы склонить судей к нужному ему решению, а присяжных заседателей к вердикту, желательному для него. Для успешного выполнения этой задачи ему необходимо знание ораторских способов и приемов, пригодных для данного вида красноречия и умение ими пользоваться. Анатолий Федорович Кони неустанно на практике демонстрировал свою компетентность в сфере судебного красноречия, доказывал свою состоятельность как судебный оратор и как человек высоких нравственных и моральных устоев. Его речь отвечает эталонам ораторского искусства и включает в себя основные принципы ее изложения. А.Ф. Кони строил речь так, что она оставляла судьям только одну возможность — вынесения бескомпромиссного, справедливого приговора. Это большая заслуга А.Ф. Кони как судебного оратора и как человека строгих правил и высоких моральных качеств.

Свою речь А.Ф. Кони делает понятной и доступной при помощи последовательных выводов, вытекающих один из другого, понятных фраз, лишенных тяжелой терминологии. Живость речи придает манера А.Ф. Кони говорить, повествуя и одновременно рассуждая о предмете высказывания. Его речь изобилует обращениями не только к судьям, но и ко всем присутствующим. Обращаясь ко всем слушателям, он заинтересовывает каждого, заставляет разобраться в деталях всем вместе. («Давайте посмотрим теперь на его жену».). Используя риторические вопросы, вопросно-ответную форму изложения, он склоняет задуматься об ответах на них («Существуют ли условия в показаниях Аграфены Суриной?», «Может быть показание это имеет своей исключительной целью коварное желание набросить преступную тень на Егора? Такая цель может быть объяснена только страшной ненавистью»). Дабы не делать речь монотонной, автор часто использует инверсию, анафору, множество причастных и деепричастных оборотов.

Речь А.Ф. Кони по праву считается образцом русского судебного ораторского искусства начала XX века.

В данном исследовании была проведена работа по изучению качеств идеального оратора и особенностей эталона судебного красноречия. Для этого мы изучили изменение риторического идеала с развитием истории риторики и рассмотрели особенности развития судебной риторики.

Для анализа деятельности ораторов XX столетия, был взят как образец ораторского искусства великий русский юрист и судебный оратор Анатолий Федорович Кони. На основе этой личности, мы выявили основные черты, присущие великим судебным ораторам, рассмотрели, как успех ораторской деятельности зависит от личностных качеств и умения владеть аудиторией и какими способностями должен обладать человек, чтобы уметь воздействовать речью на других.

На основе одной из самых выдающихся судебных речей А.Ф. Кони «по делу об утоплении крестьянки Емельяновой ее мужем» мы на практике доказали состоятельность этой личности как великого оратора XX века. Мы проанализировали приемы речи А.Ф. Кони, которые позволяют ему соответствовать требованиям, предъявляемым к оратору.

Сила ораторского искусства А.Ф. Кони выражалась не в изображении только статики, но и динамики психических сил человека; он показывал не только то, что есть, но и то, как образовалось существующее. В этом заключается одна из самых сильных и достойных внимания сторон его таланта. Рассмотренные нами психологические этюды трагической истории отношений супругов Емельяновых с Аграфеной Суриковой, завершившихся смертью Лукерьи Емельяновой представляют высокий интерес. Только выяснив сущность человека, и показав, как он реагировал на сложившуюся житейскую обстановку, Анатолий Федорович раскрывал «мотивы преступления» и искал в них основания как для заключения о действительности преступления, так и для определения свойств его.

Анатолий Федорович Кони навсегда останется бриллиантом в сокровищнице русской судебной практики.

Список используемой литературы

Аверинцев С.С. «Риторика и истоки европейской литературной традиции», Москва, 1996.

Введенская М.А., Павлова Л.Г. «Культура и искусство речи», Ростов-на-Дону: Феникс,1995г

Владимиров Л.Е. «Русский судебный оратор А.Ф. Кони», Харьков, 1996.

Газета «Право» Санкт-Петербургская объединенная коллегия адвокатов № 7 (59), СПб, 1999 год.

Иванович А.В. «История русской риторики», Киев, 2003.

Луцкий К.Л. «Судебное красноречие», Москва: Фемида, 1992.

Розов А.Н. «Риторика. Искусство публичной речи», СПб, 2009.

Розов А.Н. «Судебная риторика: учебное пособие», СПбГПУ, 2009.

Анатолий Федорович Кони. Речь по делу об утоплении крестьянки Емельяновой ее мужем

Господа судьи, господа присяжные заседатели! Вашему рассмотрению подлежат самые разнообразные по своей внутренней обстановке дела, где свидетельские показания дышат таким здравым смыслом, проникнуты такою искренностью и правдивостью и нередко отличаются такою образностью, что задача судебной власти становится очень легка. Остается сгруппировать все эти свидетельские показания, и тогда они сами собою составят картину, которая в вашем уме создаст известное определенное представление о деле.

Но бывают дела другого рода, где свидетельские показания имеют совершенно иной характер, где они сбивчивы, неясны, туманны, где свидетели о многом умалчивают, многое боятся сказать, являя перед вами пример уклончивого недоговариванья и далеко не полной искренности. Я не ошибусь, сказав, что настоящее дело принадлежит к последнему разряду, но не ошибусь также, прибавив, что это не должно останавливать вас, судей, в строго беспристрастном и особенно внимательном отношении к каждой подробности в нем. Если в нем много наносных элементов, если оно несколько затемнено неискренностью и отсутствием полной ясности в показаниях свидетелей, если в нем представляются некоторые противоречия, то тем выше задача обнаружить истину, тем более усилий ума, совести и внимания следует употребить для узнания правды. Задача становится труднее, но не делается неразрешимою.

Я не стану напоминать вам обстоятельства настоящего дела; они слишком несложны для того, чтобы повторять их в подробности. Мы знаем, что молодой банщик женился, поколотил студента и был посажен под арест. На другой день после этого нашли его жену в речке Ждановке. Проницательный помощник пристава усмотрел в смерти ее самоубийство с горя по мужу, и тело было предано земле, а дело — воле божьей. Этим, казалось бы, все и должно было кончиться, но в околотке пошел говор об утопленнице.

Говор этот группировался около Аграфены Суриной, она была его узлом, так как она будто бы проговорилась, что Лукерья не утопилась, а утоплена мужем. Поэтому показание ее имеет главное и существенное в деле значение.

Читайте так же:  Адвокат дьявола смысл

Я готов сказать, что оно имеет, к сожалению, такое значение, потому что было бы странно скрывать от себя и недостойно умалчивать перед вами, что личность ее не производит симпатичного впечатления и что даже вне обстоятельств этого дела, сама по себе, она едва ли привлекла бы к себе наше сочувствие. Но я думаю, что это свойство ее личности нисколько не изменяет существа ее показания. Если мы на время забудем о том, как она показывает, не договаривая, умалчивая, труся или скороговоркою, в неопределенных выражениях высказывая то, что она считает необходимым рассказать, то мы найдем, что из показания ее можно извлечь нечто существенное, в чем должна заключаться своя доля истины. Притом показание ее имеет особое значение в деле: им завершаются все предшествовавшие гибели Лукерьи события, им объясняются и все последующие, оно есть, наконец, единственное показание очевидца. Прежде всего возникает вопрос: достоверно ли оно? Если мы будем определять достоверность показания тем, как человек говорит, как он держит себя на суде, то очень часто примем показания вполне достоверные за ложные и, наоборот, примем оболочку показания за его сущность, за его сердцевину.

Поэтому надо оценивать показание по его внутреннему достоинству. Если оно дано непринужденно, без постороннего давления, если оно дано без всякого стремления к нанесению вреда другому и если затем оно подкрепляется обстоятельствами дела и бытовою житейскою обстановкою тех лиц, о которых идет речь, то оно должно быть признано показанием справедливым. Могут быть неверны детали, архитектурные украшения, мы их отбросим, но тем не менее останется основная масса, тот камень, фундамент, на котором зиждутся эти ненужные, неправильные подробности.

Существует ли первое условие в показаниях Аграфены Суриной? Вы знаете, что она сама первая проговорилась, по первому толчку, данному Дарьею Гавриловою, когда та спросила: «Не ты ли это с Егором утопила Лукерью?».

Самое поведение ее при ответе Дарье Гавриловой и подтверждение этого ответа при следствии исключает возможность чего-либо насильственного или вынужденного. Она сделалась, — волею или неволею, об этом судить трудно, — свидетельницею важного и мрачного события, она разделила вместе с Егором ужасную тайну, но, как женщина нервная, впечатлительная, живая, оставшись одна, она стала мучиться, как все люди, у которых на душе тяготеет какая-нибудь тайна, что-нибудь тяжелое, чего нельзя высказать. Она должна была терзаться неизвестностью, колебаться между мыслью, что Лукерья, может быть, осталась жива, и гнетущим сознанием, что она умерщвлена, и поэтому-то она стремилась к тому, чтобы узнать, что сделалось с Лукерьей.

Когда все вокруг было спокойно, никто еще не знал об утоплении, она волнуется как душевнобольная, работая в прачечной, спрашивает поминутно, не пришла ли Лукерья, не видали ли утопленницы. Бессознательно почти, под тяжким гнетом давящей мысли, она сама себя выдает. Затем, когда пришло известие об утопленнице, когда участь, постигшая Лукерью, определилась, когда стало ясно, что она не придет никого изобличать, бремя на время свалилось с сердца, и Аграфена успокоилась. Затем опять тяжкое воспоминание и голос совести начинают ей рисовать картину, которой она была свидетельницею, и на первый вопрос Дарьи Гавриловой она почти с гордостью высказывает все, что знает. Итак, относительно того, что показание Суриной дано без принуждения, не может быть сомнения.

Обращаюсь ко второму условию: может ли показание это иметь своею исключительною целью коварное желание набросить преступную тень на Егора, погубить его? Такая цель может быть только объяснена страшною ненавистью, желанием погубить во что бы то ни стало подсудимого, но в каких же обстоятельствах дела найдем мы эту ненависть? Говорят, что она была на него зла за то, что он женился на другой; это совершенно понятно, но она взяла за это с него деньги; положим, что даже и взяв деньги, она была недовольна им, но между неудовольствием и смертельною ненавистью целая пропасть. Все последующие браку обстоятельства были таковы, что он, напротив, должен был сделаться ей особенно дорог и мил. Правда, он променял ее, с которою жил два года, на девушку, с которой перед тем встречался лишь несколько раз, и это должно было задеть ее самолюбие, но чрез неделю или, во всяком случае, очень скоро после свадьбы он опять у ней, жалуется ей на жену, говорит, что снова любит ее, тоскует по ней. Да ведь это для женщины, которая продолжает любить, — а свидетели показали, что она очень любила его и переносила его крутое обращение два года, — величайшая победа! Человек, который ее кинул, приходит с повинною головою, как блудный сын, просит ее любви, говорит, что та, другая, не стоит его привязанности, что она, Аграфена, дороже, краше, милее и лучше для него.

Это могло только усилить прежнюю любовь, но не обращать ее в ненависть.

Зачем ей желать погубить Егора в такую минуту, когда жены нет, когда препятствие к долгой связи и даже к браку устранено? Напротив, теперь-то ей и любить его, когда он всецело ей принадлежит, когда ей не надо нарушать «их закон», а между тем она обвиняет его, повторяет это обвинение здесь, на суде. Итак, с этой точки зрения, показание это не может быть заподозрено.

Затем, соответствует ли оно сколько-нибудь обстоятельствам дела, подтверждается ли бытовою обстановкою действующих лиц? Если да, то как бы Аграфена Сурина ни была несимпатична, мы можем ей поверить, потому что другие, совершенно посторонние лица, оскорбленные ее прежним поведением, не свидетельствуя в пользу ее личности, свидетельствуют, однако, в пользу правдивости ее настоящего показания. Прежде всего свидетельница, драгоценная по простоте и грубой искренности своего показания, — сестра покойной Лукерьи. Она рисует подробно отношения Емельянова к жене и говорит, что, когда Емельянов посватался, она советовала сестре не выходить за него замуж, но он поклялся, что бросит любовницу, и она, убедившись этою клятвою, посоветовала сестре идти за Емельянова.

Первое время они живут счастливо, мирно и тихо, но затем начинается связь Емельянова с Суриной. Подсудимый отрицает существование этой связи, но о ней говорит целый ряд свидетелей. Мы слышали показание двух девиц, ходивших к гостям по приглашению Егора, которые видели, как он, в половине ноября, целовался на улице, и не таясь, с Аграфеною. Мы знаем из тех же показаний, что Аграфена бегала к Егору, что он часто, ежедневно по несколько раз, встречался с нею. Правда, главное фактическое подтверждение, с указанием на место, где связь эта была закреплена, принадлежит Суриной, но и оно подкрепляется посторонними обстоятельствами, а именно — показаниями служащего в Зоологической гостинице мальчика и Дарьи Гавриловой. Обвиняемый говорит, что он в этот день до 6 часов сидел в мировом съезде, слушая суд и собираясь подать апелляцию. Не говоря уже о том, что, пройдя по двум инстанциям, он должен был слышать от председателя мирового съезда обязательное по закону заявление, что апелляции на приговор съезда не бывает, этот человек, относительно которого приговор съезда был несправедлив, не только по его мнению, но даже по словам его хозяина, который говорит, что Егор не виноват, «да суд так рассудил», этот человек идет любопытствовать в этот самый суд и просиживает там полдня.

Действительно, он не был полдня дома, но он был не в съезде, а в Зоологической гостинице. На это указывает мальчик Иванов. Он видел в Михайлов день Сурину в номерах около 5 часов. Это подтверждает и Гаврилова, которой 8 ноября Сурина сказала, что едет с Егором, а затем вернулась в 6 часов. Итак, частица показаний Суриной подтверждается. Таким образом, очевидно, что прежние дружеские, добрые отношения между Лукерьею и ее мужем поколебались. Их место заняли другие, тревожные.

Такие отношения не могут, однако, долго длиться: они должны измениться в ту или другую сторону. На них должны были постоянно влиять страсть и прежняя привязанность, которые пробудились в Егоре с такою силою и так скоро. В подобных случаях может быть два исхода: или рассудок, совесть и долг победят страсть и подавят ее в грешном теле, и тогда счастие упрочено, прежние отношения возобновлены и укреплены, или напротив, рассудок подчинится страсти, заглохнет голос совести, и страсть, увлекая человека, овладеет им совсем; тогда явится стремление не только нарушить, но навсегда уничтожить прежние тягостные, стесняющие отношения. Таков общий исход всех действий человеческих, совершаемых под влиянием страсти; на середине страсть никогда не останавливается; она или замирает, погасает, подавляется или, развиваясь чем далее, тем быстрее, доходит до крайних пределов. Для того чтобы определить, по какому направлению должна была идти страсть, овладевшая Емельяновым, достаточно вглядеться в характер действующих лиц. Я не стану говорить о том, каким подсудимый представляется нам на суде; оценка поведения его на суде не должна быть, по моему мнению, предметом наших обсуждений. Но мы можем проследить его прошедшую жизнь по тем показаниям и сведениям, которые здесь даны и получены.

Лет 16 он приезжает в Петербург и становится банщиком при номерных, так называемых «семейных» банях. Известно, какого рода эта обязанность; здесь, на суде, он сам и две девушки из дома терпимости объяснили, в чем состоит одна из главных функций этой обязанности. Ею-то, между прочим, Егор занимается с 16 лет. У него происходит перед глазами постоянный, систематический разврат. Он видит постоянное беззастенчивое проявление грубой чувственности.

Средства к жизни добываются не тяжелым и честным трудом, а тем, что он угождает посетителям, которые, довольные проведенным временем с приведенною женщиною, быть может, иногда и не считая хорошенько, дают ему деньги на водку. Вот такова его должность с точки зрения труда!

Посмотрим на нее с точки зрения долга и совести. Может ли она развить в человеке самообладание, создать преграды, внутренние и нравственные, порывам страсти? Нет, его постоянно окружают картины самого беззастенчивого проявления половой страсти, а влияние жизни без серьезного труда, среди далеко не нравственной обстановки для человека, не укрепившегося в другой, лучшей сфере, конечно, не явится особо задерживающим в ту минуту, когда им овладевает чувственное желание обладания. Взглянем на личный характер подсудимого, как он нам был описан. Это характер твердый, решительный, смелый. С товарищами живет Егор не в ладу, нет дня, чтобы не ссорился, человек «озорной», неспокойный, никому спускать не любит. Студента, который, подойдя к бане, стал нарушать чистоту, он поколотил больно — и поколотил притом не своего брата мужика, а студента, «барина», — стало быть, человек, не очень останавливающийся в своих порывах. В домашнем быту это человек не особенно нежный, не позволяющий матери плакать, когда его ведут под арест, обращавшийся со своею любовницею «как палач». Ряд показаний рисует, как он обращается вообще с теми, кто ему подчинен по праву или обычаю. «Идешь ли?» — прикрикивает он на жену, зовя ее с собою; «Гей, выходи», — стучит в окно, «выходи» — властно кричит он Аграфене. Это человек, привыкший властвовать и повелевать теми, кто ему покоряется, чуждающийся товарищей, самолюбивый, непьющий, точный и аккуратный. Итак, это характер сосредоточенный, сильный и твердый, но развившийся в дурной обстановке, которая ему никаких сдерживающих начал дать не могла.

Читайте так же:  Как оформить перестановку двигателя

Посмотрим теперь на его жену. О ней также характеристичные показания: эта женщина невысокого роста, толстая, белокурая, флегматическая, молчаливая и терпеливая. «Всякие тиранства от моей жены, капризной женщины, переносила, никогда слова не сказала», — говорит о ней свидетель Одинцов. «Слова от нее трудно добиться», — прибавил он. Итак, это вот какая личность: тихая, покорная, вялая и скучная, главное — скучная. Затем выступает Аграфена Сурина. Вы ее видели и слышали: вы можете относиться к ней не с симпатией, но вы не откажете ей в одном: она бойка и даже здесь за словом в карман не лезет, не может удержать улыбки, споря с подсудимым, она, очевидно, очень живого, веселого характера, энергическая, своего не уступит даром, у нее черные глаза, румяные щеки, черные волосы.

Это совсем другой тип, другой темперамент.

Вот такие-то три лица сводятся судьбою вместе. Конечно, и природа, и обстановка указывают, что Егор должен скорее сойтись с Аграфеною; сильный всегда влечется к сильному, энергическая натура сторонится от всего вялого слишком тихого. Егор женится, однако, на Лукерье.

Чем она понравилась ему? Вероятно, свежестью, чистотою, невинностью. В этих ее свойствах нельзя сомневаться. Егор сам не отрицает, что она вышла за него, сохранив девическую чистоту. Для него эти ее свойства, эта ее неприкосновенность должны были представлять большой соблазн, сильную приманку, потому что он жил последние годы в такой сфере, где девической чистоты вовсе не полагается; для него обладание молодою, невинною женою должно было быть привлекательным. Оно имело прелесть новизны, оно так резко и так хорошо противоречило общему складу окружающей его жизни. Не забудем, что это не простой крестьянин, грубоватый, но прямодушный, — это крестьянин, который с 16 лет в Петербурге, в номерных банях, который, одним словом, «хлебнул» Петербурга. И вот он вступает в брак с Лукерьею, которая, вероятно, иначе ему не могла принадлежать; но первые порывы страсти прошли, он охлаждается, а затем начинается обычная жизнь, жена его приходит к ночи, тихая, покорная, молчаливая. Разве это ему нужно с его живым характером, с его страстною натурою, испытавшею житье с Аграфеною? И ему, особенно при его обстановке, приходилось видывать виды, и ему, может быть, желательна некоторая завлекательность в жене, молодой задор, юркость, бойкость. Ему, по характеру его, нужна жена живая, веселая, а Лукерья — совершенная противоположность этому. Охлаждение понятно, естественно. А тут Аграфена снует, бегает по коридору, поминутно суется на глаза, подсмеивается и не прочь его снова завлечь. Она зовет, манит, туманит, раздражает, и когда он снова ею увлечен, когда она снова позволяет обнять себя, поцеловать, в решительную минуту, когда он хочет обладать ею, она говорит: «Нет, Егор, я вашего закона нарушать не хочу», — т.е. каждую минуту напоминает о сделанной им ошибке, корит его тем, что он женился, не думая, что делает, не рассчитав последствий, сглупив. Он знает при этом, что она от него ни в чем более не зависит, что она может выйти замуж и пропасть для него навсегда. Понятно, что ему остается или ахнуть на нее рукой и вернуться к скучной и молчаливой жене, или отдаться Аграфене. Но как отдаться? Вместе, одновременно с женою? Это невозможно.

Во-первых, это в материальном отношении дорого будет стоить, потому что ведь придется и материальным образом иногда выразить любовь к Суриной; во-вторых, жена его стесняет; он человек самолюбивый, гордый, привыкший действовать самостоятельно, свободно, а тут надо ходить тайком по номерам, лгать, скрываться от жены или слушать брань ее с Аграфеною и с собою – и так навеки!

Конечно, из этого надо найти исход. И если страсть сильна, а голос совести слаб, то исход может быть самый решительный. И вот является первая мысль о том, что от жены надо избавиться.

Мысль эта является в ту минуту, когда Аграфена вновь стала принадлежать ему,

Великий оратор А.Ф. Кони

Содержание риторики как науки об искусстве речи и значение способности воздействия словом на людей. Биография и деятельность А.Ф. Кони как выдающегося судебного оратора XX века. Анализ судебной речи Кони «Об утоплении крестьянки Ёмельяновой её мужем».

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

на тему: «Великий оратор А.Ф. Кони»

С древнейших времен люди стремились понять, в чем секрет воздействия живого слова, врожденный ли это дар или результат длительного кропотливого обучения и самообразования. Какими способностями должен обладать человек, чтобы уметь воздействовать речью на других? Можно ли развить эти способности и если да, то как? Наука под названием риторика дает ответ на эти вопросы.

Значение этой науки в древности, ее влияние на жизнь общества и государства были столь велики, что древние греки, в частности Платон, называли риторику «искусством управлять умами» и ставили в один ряд с искусством полководца, с эпосом и музыкой.

Люди, приобщаясь к культуре, получают представление о речевом поведении, его идеале, которому нужно следовать, и понятие о том, как должно выглядеть и использоваться умение владеть речью. Этот идеальный образец речевого поведения и речевого произведения соответствует в своих основных чертах общим представлениям о прекрасном — обще эстетическому и этическому идеалам, сложившимся исторически в данной культуре.

1. А.Ф. Кони — выдающийся судебный оратор XX века

воздействие судебная речь оратор кони

Ещё в отдаленной древности выяснена зависимость успеха оратора от его личных качеств: Платон находил, что только истинный философ может быть оратором, Цицерон держался того же взгляда и указывал при этом на необходимость изучения ораторами поэтов, Квинтилиан высказывал мнение, что оратор должен быть хороший человек (bonus vir). Все эти качества были присущи величайшему русскому юристу, выдающемуся судебному оратору Анатолию Федоровичу Кони.

Изучая биографию А.Ф. Кони, невозможно не удивляться всесторонности его образования, широте взглядов, глубине его мировоззрения. Его книги служат не только путеводителем по уголовному процессу прошлого века, по нравственным его началам, но и вообще по всей культуре конца XIX века. Они актуальны и с точки зрения практики, ведь многие положения уголовного процесса, вводимые сейчас в жизнь, во времена Анатолия Федоровича действовали, применялись и изучались. Этот опыт бесценен для нас. Практически вся жизнь юриста была связана с Петербургом. Здесь он работал, жил, здесь и умер на нынешней улице Маяковского.

Анатолий Федорович Кони родился 28 января 1844 года в Санкт-Петербурге в семье Федора Алексеевича Кони, известного водевилиста и редактора журнала «Пантеон». Его жена, Ирина Семеновна, урожденная кн. Юрьева, известная на сцене как Сандунова, была писательницей и актрисой. Сын семьи писателей не собирался идти по стопам своих родителей и поступил на математический факультет Санкт-Петербургского Императорского Университета. Но ввиду студенческих беспорядков он был вынужден переехать в Москву и поступить на юридический факультет Московского Университета, который успешно закончил со степенью кандидата прав в 1865 году. Уже в своей первой серьезной научной работе он поднял злободневный и малоизученный вопрос о пределах необходимой самообороны. Работа была замечена в научных кругах, и ему было предложено занять место на кафедре уголовного права и процесса Московского Университета. Но А.Ф. Кони твердо избрал себе иной путь — путь непосредственного служения людям и идеалам справедливости и нравственности. Он всецело посвятил себя судебной деятельности. За свою жизнь Кони прошел все ступени прокурорской и судебной иерархии.

Начало работы А.Ф. Кони пришлось на время введения в жизнь новых Судебных Уставов 1864 года, несомненно являвших собой одно из величайших достижений русской юридической мысли, остающихся и поныне образцом обеспечения состязательности судебного процесса и обеспечения деятельности присяжных заседателей. Задачи, стоявшие перед судебной системой того времени как нельзя более соответствуют требованиям нашего времени в связи с восстановлением реальной состязательности суда.

А.Ф. Кони всегда был проповедником нравственности в судебном процессе, до сих пор для нас актуальны его слова о требованиях к личным качествам судебного деятеля: «Забвение про живого человека, про брата во Христе, про товарища в общем мировом существовании, способного на чувство страдания, вменяет в ничто и ум, и талант, и внешнюю, предполагаемую полезность его работы!». Анатолий Федорович и сам последовательно показывал личный пример бесстрастности, неподкупности и принципиальности.

Всю жизнь А.Ф. Кони отличала высокая внутренняя культура, унаследованная от родителей и их окружения. Он был очень начитанным человеком, прекрасным, интересным писателем, собеседником, другом многих великих людей своего времени. Он умудрялся ладить даже с теми людьми, с которыми все были в ссоре.

Об А.Ф. Кони можно сказать, что это был человек поистине «сделавший себя сам», не пользовавшийся какими-либо связями или протекциями во власти, человек с независимыми суждениями, с твердыми моральными устоями. Все, чего добился Анатолий Федорович, было достигнуто его личным трудом, незаурядным талантом оратора, умом и высокой нравственностью. Он по праву может быть назван основателем новой науки — судебной этики, которой посвящен труд «Нравственные начала в уголовном процессе» (1902 год), в котором А.Ф. Кони писал: «Не личное счастие должно быть задачей, не отдаленные цели мирового развития и не успех в борьбе за существование, приносящие в жертву отдельную личность, а счастье ближнего и собственное нравственное совершенство». Сам А.Ф. Кони всегда достойно нес высокое звание юриста и человека. Сколько людей, которых мы уже не увидим, могли бы сказать ему человеческое спасибо за справедливость, за правду и нравственность, внесенные в суд. Ведь за каждым приговором стоит не просто наказание человека, но, в условиях российской действительности, — целая жизнь. Многие ли возвращались после «Владимирки» (этап, по которому вели в Сибирь осужденных), так живо описанной Кони в работе, посвященной памяти незаслуженно забытого Ф.П. Гааза, «святого доктора» потратившего все свои сбережения на облегчение участи арестантов?

Читайте так же:  Кто имеет льготы по транспортному налогу в башкирии

И двор, и министерство юстиции смогли подняться выше частных претензий и увидеть в председателе окружного суда действительно талантливого юриста, который мог принести пользу Отечеству. Так, в 1885 году он был назначен обер-прокурором Сената, это была высшая прокурорская должность того времени. С 1897 года он становится сенатором. Одновременно он был избран почетным академиком изящной словесности Императорской Академии Наук вместе с А.П. Чеховым.

Общественно-политическая жизнь была для Анатолия Федоровича полна событий. После создания Государственной Думы он включается в активную законотворческую деятельность, выступая в качестве члена Государственного Совета. Во многом благодаря его поддержке были приняты законы об условно-досрочном освобождении, о допущении женщин в адвокатуру. Перед Февральским переворотом А.Ф. Кони занимал одну из наиболее значительных судебных должностей в России — первоприсутствующий в общем собрании кассационных департаментов Сената. Поддерживаемые связи с крупнейшими литературными деятелями того времени, ленинская политика по привлечению «старых специалистов», абсолютная нравственная чистота позволили ему в 1917 году если не присоединиться, то, по крайней мере, найти свое место в новой стране, в новом мире. Во время голода в Петрограде, он сам предложил А.В. Луначарскому сотрудничество в целях просвещения масс. Результатом стало чтение лекций рабочим Путиловского завода, строителям Волховстроя, студентам. Было прочитано около тысячи лекций, в том числе и на кафедре уголовного права Петроградского Университета, куда он был приглашен. Идеалист, твердый ревнитель духа великих реформ 60-х годов, он верил в возможность воспитать молодое поколение, вложить в него основы нравственности. Но жизнь не подтверждала его веры: «Я стал читать лекции в Александровском лицее и под фирмою уголовного судопроизводства стараюсь знакомить слушателей с началами судебной этики. Но эта молодежь — очень распущенная в смысле нравственном и умственном — не умеет ни слушать внимательно, ни записывать. » (из письма к Чичериной 27 ноября 1901 года)

В советский период А.Ф. Кони переиздает ряд мемуаров, объединенных в сборнике «На жизненном пути». Эти воспоминания, бесспорно, признаны лучшими образцами мемуаристики. Точность, краткость и емкость описания, как отмечали критики, поистине достойны Достоевского. Читатель его мемуаров получает не только информацию об исторических или юридических событиях, но и интеллектуальное удовольствие от приобщения к живому источнику слова. Творчество Кони подтверждает слова Ф. Ницше о том, что «хороший писатель может не быть хорошим оратором, но хороший оратор всегда — хороший писатель». Многие произведения уже упоминавшихся классиков русской литературы были написаны именно по материалам дел, в которых участвовал А.Ф. Кони. Например, роман Л.Н. Толстого «Воскресение», сюжет которого был взят из реального прецедента, существующего в практике Анатолия Федоровича.

2. Анализ судебной речи А.Ф. Кони «Об утоплении крестьянки Емельяновой ее мужем»

15 ноября на дне речки Ждановки был найден труп неизвестной женщины, в которой местные жители признали жену Емельянова, служащего номерным при банях купца Соловьева, расположенных недалеко от данной речки. По осмотру и вскрытию тела было выяснено, что смерть наступила от удушения вследствие утопления. В смерти Лукерьи Фроловой, жены Емельянова, было усмотрено самоубийство, последовавшее за приговором Емельянова к семидневному заключению за нанесение побоев студенту. Но повторное вскрытие тела Лукерьи показало наличие кровоподтеков на левом плече и бедре. Кроме того, жена Емельянова оказалось беременной. Ввиду обстоятельств и показаний свидетелей, крестьянин Егор Емельянов был предан суду по обвинению в умышленном лишении жизни своей жены, ее утоплении на берегу речки Ждановки.

В данном деле Анатолий Федорович Кони выступал в качестве обвинителя. Его обвинительная речь, состоящая из логических выводов и умозаключений, подкрепленная проверенными фактами, была прочитана им на слушании этого дела и повлекла за собой приговор, которым подсудимый был признан виновным в убийстве жены с заранее обдуманным намерением.

В своем вступлении автор говорит о том, что это дело не из самых легких, оно имеет много туманных неясных моментов, но этим только ценнее становится задача обнаружить истину.

Далее он последовательно и точно предоставляет судьям и присяжным все факты дела, раскрывая каждый максимально доступно и доказывая виновность подсудимого ясными и понятными выводами. Речь А.Ф. Кони имеет такой убедительный характер в связи с ее особенностями композиции. Она построена с помощью логических связок, последовательно соединяющих между собой отдельные факты дела. Исходя из показаний свидетелей, А.Ф. Кони рассуждает об их правдивости и компетентности, сопоставляет их. На этой основе он делает выводы, которые дополняет анализом психологических особенностей участников процесса. Этот анализ, проведенный Анатолием Федоровичем, базируется на событиях, предшествующих убийству Лукерьи, и он подкреплен логичной аргументацией, еще точнее описывающей психологическое состояние героев, повлекшее за собой несчастный случай. А.Ф. Кони в своих размышлениях сам развил и настолько ясно обосновал мотивы совершения преступления, что ничего нельзя было бы сказать защите в их опровержение. Помимо логики, фактов и тонкого психологического анализа, в тексте заранее присутствуют опровержения еще только предполагаемых возражений со стороны защиты. С помощью опять же логики, убедительных доводов, последовательных выводов, А.Ф. Кони изобличает факты, которые могли бы помочь подсудимому. В частности, утверждение Емельянова, что его жену утопила Аграфена Сурина, а не он. Сопоставляя факты и дополняя их психологическими моментами, А.Ф. Кони убедительно доказывает несостоятельность данного утверждения.

В заключение А.Ф. Кони напоминает о сложности данного дела, выражает полную уверенность в компетентности судей и в справедливости приговора, который они вынесут подсудимому, принимая во внимание все факты дела.

Специфика обвинительной речи Анатолия Федоровича состоит в том, что он не использует одних сухих фактов или только эмоционального давления на судей и присяжных заседателей. Как идеальный судебный оратор, Анатолий Федорович умело сочетает факты и возбуждает соответствующее чувство в сердцах присяжных заседателей. А.Ф. Кони сочетает в себе комплекс знаний и умений по подготовке и произнесению публичной судебной речи сообразно с требованиями закона, умение построить объективно аргументированное рассуждение, формирующее научно-правовые убеждения, умение воздействовать на правосознание людей. Задача судебного оратора в том, чтобы склонить судей к нужному ему решению, а присяжных заседателей к вердикту, желательному для него. Для успешного выполнения этой задачи ему необходимо знание ораторских способов и приемов, пригодных для данного вида красноречия и умение ими пользоваться. Анатолий Федорович Кони неустанно на практике демонстрировал свою компетентность в сфере судебного красноречия, доказывал свою состоятельность как судебный оратор и как человек высоких нравственных и моральных устоев. Его речь отвечает эталонам ораторского искусства и включает в себя основные принципы ее изложения. А.Ф. Кони строил речь так, что она оставляла судьям только одну возможность — вынесения бескомпромиссного, справедливого приговора. Это большая заслуга А.Ф. Кони как судебного оратора и как человека строгих правил и высоких моральных качеств.

Свою речь А.Ф. Кони делает понятной и доступной при помощи последовательных выводов, вытекающих один из другого, понятных фраз, лишенных тяжелой терминологии. Живость речи придает манера А.Ф. Кони говорить, повествуя и одновременно рассуждая о предмете высказывания. Его речь изобилует обращениями не только к судьям, но и ко всем присутствующим. Обращаясь ко всем слушателям, он заинтересовывает каждого, заставляет разобраться в деталях всем вместе. («Давайте посмотрим теперь на его жену».). Используя риторические вопросы, вопросно-ответную форму изложения, он склоняет задуматься об ответах на них («Существуют ли условия в показаниях Аграфены Суриной?», «Может быть показание это имеет своей исключительной целью коварное желание набросить преступную тень на Егора? Такая цель может быть объяснена только страшной ненавистью»). Дабы не делать речь монотонной, автор часто использует инверсию, анафору, множество причастных и деепричастных оборотов.

Речь А.Ф. Кони по праву считается образцом русского судебного ораторского искусства начала XX века.

В данном исследовании была проведена работа по изучению качеств идеального оратора и особенностей эталона судебного красноречия. Для этого мы изучили одну из самых выдающихся судебных речей А.Ф. Кони «по делу об утоплении крестьянки Емельяновой ее мужем» на практике доказали состоятельность этой личности как великого оратора XX века. Мы проанализировали приемы речи А.Ф. Кони, которые позволяют ему соответствовать требованиям, предъявляемым к оратору.

Сила ораторского искусства А.Ф. Кони выражалась не в изображении только статики, но и динамики психических сил человека; он показывал не только то, что есть, но и то, как образовалось существующее. В этом заключается одна из самых сильных и достойных внимания сторон его таланта. Рассмотренные нами психологические этюды трагической истории отношений супругов Емельяновых с Аграфеной Суриковой, завершившихся смертью Лукерьи Емельяновой представляют высокий интерес. Только выяснив сущность человека, и показав, как он реагировал на сложившуюся житейскую обстановку, Анатолий Федорович раскрывал «мотивы преступления» и искал в них основания как для заключения о действительности преступления, так и для определения свойств его.

Анатолий Федорович Кони навсегда останется бриллиантом в сокровищнице русской судебной практики.

Похожие записи:

  • Двусторонний международный договор россии § 5. Международные договоры с участием России В силу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Российская Федерация как правопреемник СССР продолжает участвовать в […]
  • Как оформить тканый пояс Как оформить тканый пояс Как уже говорилось ранее, во время работы цветные нити основы должны находиться в натянутом положении. С этой целью один их конец привязывают к неподвижному предмету, а другой к поясу. Следующая схема демонстрирует […]
  • Ук статья 109 часть 2 Статья 109. Причинение смерти по неосторожности 1. Причинение смерти по неосторожности — наказывается исправительными работами на срок до двух лет, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, […]
  • Жалоба на организацию в фсс Обращение в Фонд Для направления обращения, отслеживания хода рассмотрения обращения, либо записи на личный прием к работникам Фонда Вы можете воспользоваться новой версией электронной приемной, либо заполнить форму обращения, приведенную ниже […]
  • Как оплатить налог на имущество если нет квитанции 2019 Как оплатить транспортный налог на машину без квитанции? Любой владелец автомобиля сталкивался с ситуацией, когда оплачивать транспортный налог необходимо, а вот специальный документ, который требуется для проведения платежа, отсутствует. Отсюда […]
  • Приказ об отмене лимита кассы для ип Приказ об отмене лимита кассы Проверки контролирующих организаций включают в себя изучение первичной документации. Приказ об отмене лимита кассы может стать принципиально важной бумагой. Его отсутствие способно привести компанию или должностное […]